Аннотация. Существует только два способа нейтрализации издержек экономического кризиса: (1) интервенционистский, сводящийся к расширению государственного регулирования рыночных процессов, и (2) либеральный, предполагающий сокращение вмешательства в деятельность частных фирм. В ходе обоснования этих стратегий используется моральная аргументация и терминология. Однако, актуальной остается проблема: насколько корректны моральные обоснования, которые применяются сторонниками интервенционистского и либерального методов «борьбы» с рецессиями в экономике.

В рамках австрийской школы экономической теории считается, что мир человеческой деятельности допускает два способа удовлетворения потребностей. Первый связан с производством и добровольным обменом благами, второй – с насильственным перераспределением благ [4, p. 11]. Первый является методом рыночных трансакций, второй – методом, который применяет государство. Не существует третьего вида взаимодействия между людьми, помимо двух, построенных на принципе добровольности и на принципе принуждения.

Эта работа о либерализме. Под либерализмом я имею в виду вариант либеральной доктрины, господствующий в современной этико-правовой и политической философии. В этом либерализме центральную роль играют понятия справедливости, честности и индивидуальных прав, и своими философскими основаниями он обязан главным образом Канту. Будучи этической теорией, которая утверждает приоритет права над благом и обычно формулируется в противовес утилитаристским концепциям, современный либерализм лучше всего было бы охарактеризовать как "деонтологический" -- устрашающее название для того, что, полагаю, окажется знакомой доктриной.

"Деонтологический либерализм" - это прежде всего теория о справедливости и о приоритете справедливости над другими этическими и политическими идеалами. Его ключевой тезис можно сформулировать следующим образом: общество, состоящее из множества индивидов, каждый из которых имеет свои собственные цели, интересы и представления о благе, лучше всего обустроено, когда оно подчиняется принципам, которые сами не предполагают никакого конкретного представления о благе; преимущественным оправданием этих регулятивных принципов служит не то, что они максимизируют общественное благосостояние или как-то иначе способствуют благу, а то, что они согласуются с понятием права - моральной категорией, не зависящей от блага и имеющей приоритет над ним.

Она медленно склонила голову, приветствуя собравшихся, зная, что перед ней люди, чьи понятия о чести и достоинстве подобны ее понятиям, что они так же чтят славное имя дороги, как она сама. Внезапно Дэгни остро, с тайной давней грустью осознала, как все эти годы мечтала добиться такого почтения.

Ее взгляд неторопливо обошел всех, от лица к лицу, приветствуя каждого в отдельности – Эллиса Вайета, Кена Денеггера, Хью Экстона, доктора Хендрикса, Квентина Дэниэльса. Маллиган назвал имена еще двоих – Ричарда Хэйли и судьи Наррагансетта.

Людям, заполнившим зал суда, пресса уже месяц втолковывала, что они увидят человека, являющегося врагом общества; но они пришли и увидели человека, который изобрел металл Реардэна.

Реардэн встал, когда судьи попросили его об этом. На нем был серый костюм, у него были светло-голубые глаза и светлые волосы; но не цвета заставляли его фигуру казаться холодно непримиримой, а то, что костюм был дорогой и неброский, говоривший о принадлежности к строгому роскошному офису богатой корпорации, этот костюм относился к эпохе цивилизации и контрастировал с окружающей обстановкой.