Перепечатано из: Economica, Vol. VII, No. 26 (new ser.; May, 1940). Две книги, с которыми в основном связана данная глава: Oskar Lange and Fred Taylor, On the Economic Theory of Socialism, ed. B.E.Lippincott (Minneapolis, 1938), и H.D.Dickinson, Economics of Socialism (Oxford, 1939), будут упоминаться везде соответственно как «LT» (Ланге-Тэйлор) и «D» (Диккинсон).

Две главы в обсуждении экономической теории социализма можно отныне считать закрытыми. Первая связана с убеждением, что социализм полностью обойдется без расчета в единицах ценности и заменит его неким видом расчета in natura, выраженным в единицах энергии или какой-то другой физической величины. Несмотря на то, что такая точка зрения пока не исчезла и ее все еще разделяют некоторые ученые-естествоиспытатели и инженеры, она определенно оставлена экономистами. Вторая закрытая глава касается предложений, чтобы цены устанавливались с помощью расчетов, выполняемых планирующей властью с применением методов математической экономики, вместо того, чтобы их определяла конкуренция. По поводу этого предложения Парето (которого, что любопытно, иногда цитируют как сторонника подобного взгляда) уже сказал, по-видимому, последнее слово. Показав, как можно использовать систему уравнений для объяснения того, чем определяются цены на рынке, он добавляет:

Опираясь на выводы Мизеса и Хайека относительно социализма, а так же на работы Израэла Кирцнера в области теории предпринимательства – ведущий представитель «австрийской школы» - профессор Хесус Уэрта Де Сото создает новую трактовку социализма, как «любую систему институциональной агрессии против свободного проявления предпринимательства». Под агрессией или принуждением понимается физическое насилие или угроза физического насилия, которые инициирует против действующего индивида иное лицо или группа лиц [15].

Централизованное планирование, которое не позволяет человеку свободно проявлять свою врожденную способность к предпринимательству, и под угрозой насилия подменяет план индивида планами центрального планирующего аппарата – является иллюстрацией такого принуждения. В результате такой агрессии действующий индивид действует не так, как действовал бы свободно, и приспосабливает свое поведение к целям лиц которые используют агрессию.

Выделяется два типа агрессии институциональная (систематическая) и неинституциональная (несистематическая). Несистематическая агрессия будет оказывать влияние на индивида тогда, когда он считает более или менее вероятным, что в ходе конкретной деятельности он будет подвергнут принуждению и наказанию, которая может отнять у него продукт предпринимательского творчества (проще говоря - лишить прибыли).

В работе «Индивидуализм и экономический порядок» Ф.Хайек развивает теорию Мизеса и делает более широкий вывод (как мне кажется более верный) вывод о невозможности централизованного планирования. В моей обработке это звучит так: «Централизованное планирование невозможно по причине того, что центральный плановый орган государства не в состоянии собрать всю имеющуюся на рынке информацию, являющуюся рассеянной, практической и субъективной и на основании этой информации делать выводы и строить планы и доводить их до индивидов.»

Признавая за землей, за природными факторами, за орудиями труда то, что им принадлежит, а именно способность порождать полезность, я стремился освободить все эти вещи от того, что им совсем не присуще — от способности создавать ценность, которая, способность, свойственна лишь услугам, оказываемым людьми друг другу.

Такое внесение ясности, простое и в то же время укрепляющее институт собственности, раскрывая ее истинный характер, дает науке чудодейственный факт, до сих пор, если не ошибаюсь, не замеченный ею, — факт реального, важнейшего, прогрессивного единения, сообщества людей, которое выступает как провиденциальный результат социального порядка, основанного на свободе; очевидная цель, предназначение этого порядка — привести людей, собратьев, от первобытного равенства, характеризуемого лишениями и невежеством, к конечному будущему равенству, когда люди будут жить в благополучии и руководствуясь истиной.

Если столь радикальное различение между полезностью вещей и ценностью услуг истинно как само по себе, так и в своих следствиях, то невозможно не признавать важность такого различения, ибо оно освобождает науку от утопии и примиряет враждующие между собой школы, примиряет в единой убежденности, удовлетворяющей все умы и все чаяния.

Обмен — это и есть политическая экономия, это и есть общество, все общество, ибо невозможно представить себе ни общество без обмена, ни обмен без общества. Я не претендую исчерпать в этой главе столь обширную тему. Едва ли исчерпает ее даже вся моя книга.

Если бы люди, наподобие улиток, жили в полной изоляции друг от друга, если бы они не обменивались своим трудом и идеями, если бы не совершали сделок, то мы имели бы дело пусть со множеством, но всего лишь человеческих единиц, индивидов, противостоящих друг другу, но не было бы никакого общества.

Да что я говорю? Не было бы даже индивидов в смысле индивидуальностей. Для человека изоляция — это смерть. А если вне общества он жить не может, то, значит, его естественное состояние есть состояние социальное.

1. Проблема

1. Историческое происхождение социалистической идеи

Все антилиберальные силы объединяются против всего либерального.
А. Миллер ван ден Брук

Существует распространенное заблуждение, что национал-социализм -- это просто бунт против разума, иррациональное движение, не имеющее интеллектуальных корней. Будь это на самом деле так, движение это не таило бы в себе столько опасности. Однако такая точка зрения не имеет под собой никаких оснований. Доктрина национал-социализма является кульминационной точкой длительного процесса развития идей, в котором участвовали мыслители, известные не только в Германии, но и далеко за ее пределами. И что бы мы ни говорили сегодня об исходных посылках этого направления, никто не станет отрицать, что у истоков его стояли действительно серьезные авторы, оказавшие большое влияние на развитие европейской мысли. Свою систему они строили жестко и последовательно. Приняв ее исходные посылки, уже невозможно свернуть в сторону, избежать неумолимой логики дальнейших выводов. Это чистый коллективизм, свободный от малейшего налета индивидуалистской традиции, которая могла бы помешать его осуществлению.

Предисловие

Когда профессионал, занимающийся общественными науками, пишет политическую книгу, его долг - прямо об этом сказать. Это политическая книга, и я не хочу делать вид, что речь идет о чем-то другом, хотя мог бы обозначить ее жанр каким-нибудь более изысканным термином, скажем социально-философское эссе. Впрочем, каким бы ни было название книги, все, что я в ней пишу, вытекает из моей приверженности определенным фундаментальным ценностям. И мне кажется, что я исполнил и другой свой не менее важный долг, полностью прояснив в самой книге, каковы же те ценности, на которые опираются все высказанные в ней суждения.

Большинство разновидностей социализма основывается на единогласии в отношении своих целей. Все работают во славу нации, для всеобщего блага, или еще для чего-то, и все одинаково понимают, что означает та или иная цель, по крайней мере, в общих чертах. Экономической проблемы, традиционно определяемой как проблема распределения ограниченных ресурсов между различными сферами, не существует. Понятие экономики сводится к технической проблеме – как лучше использовать имеющиеся ресурсы для достижения общей цели.